Ядерный спецназ: Никки Хейли заявила о необходимости тайной операции по вывозу урана из Ирана

ВАШИНГТОН — Бывшая кандидат в президенты США от Республиканской партии (выборы 2024 года) Никки Хейли заявила, что Америке, «вероятно», придётся направить группу спецназа для изъятия иранского запаса урана.

«Вероятно, всё к этому и идёт. Я имею в виду, это миссия спецназа. На её выполнение потребуется около недели или десяти дней. Они знают, как это сделать. Это опасно», — сказала Хейли в воскресенье в программе CNN «State of the Union».

«Это не то, к чему мы можем относиться как к чему-то обыденному. Я думаю, они должны это сделать. Но как только они это сделают, они буквально отсекут одну из конечностей иранского режима, после чего он больше не сможет угрожать никому из наших союзников».

По имеющимся данным, президент Трамп рассматривал возможность дать добро на высокорискованную операцию по изъятию запасов обогащённого урана в Иране, которые, как считается, находятся глубоко под землёй после того, как США нанесли удары по иранским ядерным объектам сверхмощными бомбами для подрыва бункеров.

Однако пока Трамп воздерживается от одобрения этой операции. Вместо этого он публично предупредил Иран, что США следят за его ядерными объектами со спутников и нанесут удар, если Иран попытается восстановить свои запасы.

Эксперты предположили, что если бы запасы урана в Иране были полностью обогащены до 90%, у Тегерана было бы достаточно материала как минимум для десяти ядерных бомб.

Хейли, которая баллотировалась против Трампа в 2024 году за выдвижение от республиканцев, в целом поддержала военную кампанию президента против Ирана. В воскресенье она дала понять, что не планирует участвовать в президентской гонке 2028 года, и заявила, что пока слишком рано думать о том, кого она могла бы поддержать.

«Не буду», — сказала она, когда её спросили о выдвижении своей кандидатуры.

Заявление Никки Хейли — это не просто очередной риторический выпад в адрес Тегерана. Это — редкий случай, когда бывший высокопоставленный чиновник публично называет конкретные параметры потенциально незаконной с точки зрения международного права операции. Потому что вывоз обогащённого урана с территории суверенного государства без согласия его правительства — это акт агрессии, какими бы благими намерениями он ни прикрывался.

Но Хейли права в одном: традиционная дипломатия и санкции против Ирана работают всё хуже. После того как Израиль и США (по разным данным) нанесли удары по объектам в Натанзе и Фордо, иранская ядерная программа не была уничтожена — она ушла глубже под землю и рассредоточилась. Сегодня, по оценкам МАГАТЭ, Иран уже обладает ураном, обогащённым до 60%, а до оружейного 90% — всего несколько шагов технической работы. Вопрос больше не в том, может ли Иран получить бомбу. Вопрос в том, когда он примет политическое решение это сделать.

Почему спецназ, а не бомбы?

Удар с воздуха не может гарантированно уничтожить подземные хранилища, особенно если они расположены под горами. Бункерные бомбы, даже самые мощные, оставляют радиоактивное облако и не дают никакой гарантии, что все центрифуги и запасы гексафторида урана будут уничтожены. Более того, бомбардировка — это акт войны, который почти наверняка вызовет ответный удар Ирана по американским базам в регионе и по Израилю.

Операция спецназа — это другой уровень риска. Спецназ не может просто залететь на вертолётах и вывезти тонны урана в контейнерах. Иранские объекты защищены ПВО, минными полями и многотысячной охраной. Потери среди американского спецназа почти неизбежны. А если операция провалится — политические последствия для Вашингтона будут катастрофическими.

Но Хейли настаивает: «Они знают, как это сделать». И она права в том, что американский спецназ (в частности, Delta Force и DEVGRU — «Морские котики») действительно десятилетиями тренируется на симуляторах иранских ядерных объектов. Существуют отработанные сценарии — от проникновения через туннели до захвата объектов изнутри. Вопрос не в тактике. Вопрос в политической воле.

Трамп, судя по всему, пока не готов отдать приказ. И на то есть две причины. Первая: президентские выборы в США приближаются (пусть даже следующие — в 2028 году), и любая военная авантюра с потенциальными жертвами среди американских солдат — это политический минус. Вторая: Трамп, который в свой первый срок вышел из ядерной сделки с Ираном, до сих пор надеется на «сделку» с Тегераном — новое соглашение, которое заморозило бы иранскую программу без войны.

Но время работает против дипломатии. Каждый месяц иранские запасы урана растут. И если Тегеран вдруг объявит о выходе из ДНЯО и о начале производства оружейного урана, у США останется не «неделя или десять дней», как говорит Хейли, а, возможно, часы.

Так что её заявление — это не просто комментарий. Это — публичное зондирование почвы. Это сигнал и Ирану («мы готовы пойти на крайние меры»), и американскому руководству («не ждите, пока станет поздно»). И, возможно, это — первый шаг к тому, чтобы идея «ядерного спецназа» перестала быть гипотетической.

Никки Хейли также дала понять, что не планирует баллотироваться в 2028 году, но в политике, как известно, никогда не говори «никогда».