ВОЗ оценила риски Эболы: для Африки — высокие, для мира — низкие. Но цифры растут

ЖЕНЕВА (AP) — Глава Всемирной организации здравоохранения заявил в среду, что риск глобального распространения вспышки Эболы в Конго и Уганде высок на национальном и региональном уровнях, но низок на глобальном.

Генеральный директор ВОЗ Тедрос Аданом Гебрейесус сообщил, что на данный момент подтвержден 51 случай в Конго — в северных провинциях Итури и Северное Киву, «хотя мы знаем, что масштабы эпидемии гораздо больше».

Он также отметил, что Уганда сообщила агентству ООН о двух подтвержденных случаях в столице страны, Кампале.

«Помимо подтвержденных случаев, насчитывается почти 600 подозреваемых случаев и 139 подозреваемых смертей, — заявил он. — Мы ожидаем, что эти цифры будут продолжать расти».

Но за этими сухими цифрами скрывается тревожная реальность, о которой не говорят в официальных заявлениях.

Тедрос подчеркнул, что главная проблема сейчас — не столько сам вирус, сколько идеальный шторм условий для его распространения. Провинции Итури и Северное Киву — это зона активных боевых действий, где десятки вооруженных группировок (включая печально известную M23) держат в страхе местное население. Гуманитарные коридоры, необходимые для вакцинации и изоляции больных, простреливаются или контролируются повстанцами.

«Мы не можем добраться до пациентов, — признал высокопоставленный сотрудник ВОЗ на условиях анонимности. — Врачи рискуют попасть в засаду так же, как и заразиться вирусом».

Особое беспокойство вызывает подтвержденный случай в Кампале — многомиллионном мегаполисе и транспортном узле Восточной Африки. Если вирус проник в столицу Уганды, это означает, что цепочка заражений могла начаться недели или даже месяцы назад. Пассажирские автобусы, маршрутные такси и рынки Кампалы — идеальная среда для того, чтобы «тихий» штамм Bundibugyo (для которого нет вакцины) распространился со скоростью лесного пожара.

На фоне паники соседние страны — Руанда, Бурунди, Южный Судан и даже Кения — начали в одностороннем порядке закрывать границы или вводить жесткие карантинные кордоны. Однако эксперты предупреждают: закрытие границ часто приводит к обратному эффекту. Люди, опасаясь официальных проверок, начинают пересекать границу нелегально, по лесным тропам, где их никто не измеряет температуру и не проверяет симптомы. Это превращает вирус в идеального нелегального мигранта.

Тем временем ВОЗ созывает экстренный комитет в Женеве, чтобы решить, объявлять ли чрезвычайную ситуацию международного значения (PHEIC). Три года назад аналогичное решение по Эболе в ДР Конго было принято только через полгода после начала эпидемии, когда счет погибших пошел на тысячи. Сейчас у организации нет права на ошибку: каждая неделя промедления в условиях военного хаоса может стоить десятков тысяч жизней.

Пока политики и эпидемиологи спорят о формулировках и цифрах, на востоке Конго местные жители, спасающиеся от пуль, пьют кипяченую воду и боятся прикасаться к больным родственникам. Они уже поняли то, что в Женеве только начинают осознавать: Эбола и война — это смертельный коктейль, у которого нет противоядия, кроме мира и доверия. А ни того, ни другого в зоне конфликта не осталось.