Игра на нервах: Иран и США спорят, у кого больше козырей в двухмесячном противостоянии

Вашингтон и Тегеран столкнулись в споре о том, кто обладает большим рычагом влияния в их почти двухмесячном противостоянии.

США ошибаются, полагая, что у них больше рычагов давления в войне против Ирана, заявил министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи, в то время как непрямые переговоры между Тегераном и Вашингтоном остаются замороженными.

Стороны не могут договориться о том, кто пересилит друг друга в противостоянии, вызванном американо-израильской атакой в конце февраля. Переговоры при посредничестве Пакистана пока не привели к прорыву.

«У нас есть все карты. Если они хотят говорить, пусть приходят к нам или звонят нам», — заявил президент США Дональд Трамп в интервью Fox News в воскресенье. «Мы не будем отправлять людей за 18 часов перелёта в [Исламабад]».

Арагчи, который посетил Пакистан и Оман перед поездкой в Россию, дал ответный удар в посте на X, утверждая, что у Трампа нет преимущества, и обрисовав возможные сценарии эскалации.

«Добавьте летние каникулы в [список рычагов давления], если только они не хотят отменить их для США!» — написал он, намекая на скачок цен на топливо.

Тупик и новая схема

В ответ на американо-израильские удары Иран частично закрыл стратегический Ормузский пролив и пригрозил перекрыть судоходство через Баб-эль-Мандебский пролив с помощью своих союзников-хуситов в Йемене. Администрация Трампа, в свою очередь, объявила блокаду Персидского залива, нацеленную на иранский экспорт нефти, и предупредила, что может уничтожить всю иранскую «цивилизацию».

В интервью Fox Трамп заявил, что Иран не может существенно сократить добычу нефти и вскоре исчерпает мощности по хранению, что грозит взрывами «изнутри» его нефтяной инфраструктуры — что, по его словам, даёт Вашингтону рычаг влияния.

Сообщается, что Арагчи отказался встречаться с эмиссарами Трампа Стивом Уиткоффом и Джаредом Кушнером для новых переговоров в Исламабаде, но попросил посредников передать новое предложение. По данным Axios, схема предполагает открытие Персидского залива с отсрочкой переговоров по программе обогащения урана и накопленным запасам Ирана. США оправдывали свои удары по Ирану утверждениями о том, что Тегеран стремится к созданию ядерного оружия.

Насилие в Ливане усугубляет напряжённость

Хрупкое американо-иранское перемирие остаётся под угрозой, отчасти из-за продолжающихся израильских ударов в Ливане, которые, как ожидалось, должны были прекратиться в рамках более широкого перемирия, а также отдельного двустороннего соглашения о прекращении огня, продлённого в прошлую пятницу.

Во время заседания кабинета министров в выходные премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху обвинил «Хезболлу» — ливанскую вооружённую группировку, связанную с Тегераном, — в «подрыве режима прекращения огня» и объявил о дальнейших военных действиях для «предотвращения немедленных и назревающих угроз».

Израиль намерен установить контроль над обширными районами южного Ливана вплоть до реки Литани. Министерство здравоохранения Ливана сообщило о как минимум 14 погибших в результате израильских ударов в субботу. По данным Бейрута, с тех пор как Израиль эскалировал боевые действия с Ливаном в рамках более широкого конфликта с Ираном, более 2500 человек были убиты и более 7700 ранены.

Так кто же на самом деле имеет преимущество?

Пока Трамп и Арагчи обмениваются публичными колкостями, реальный баланс сил оценить непросто. Давайте разложим аргументы каждой стороны.

Козыри США:

1. Военная мощь: Прямое военное превосходство США на море, в воздухе и в киберпространстве неоспоримо. Удар по иранской авиабазе или ядерному объекту может нанести серьёзный урон.

2. Финансовое давление: Блокада Персидского залива душит иранский экспорт нефти — главный источник валюты. Трамп прав: переполненные хранилища создают риск аварий.

3. Технологическое превосходство: Возможность вывода из строя иранской энергетической инфраструктуры с помощью кибератак или диверсий.

Козыри Ирана:

1. Ормузский пролив: Контроль над этим узким местом — самый мощный рычаг. 20% мировой морской нефти идёт через пролив. Даже частичное его закрытие обрушивает мировые цены на нефть.

2. Сеть прокси: «Хезболла» в Ливане, хуситы в Йемене, ополченцы в Ираке и Сирии — это готовые инструменты для ударов по интересам США и их союзников по всему региону.

3. Фактор топливных цен: Намёк Арагчи на «летние каникулы» не случаен. Рост цен на топливо — это политическая бомба для любой администрации США накануне выборов. Если бензин в США подорожает до $5 за галлон, настроения избирателей резко изменятся.

4. География и терпение: Иран находится в своём регионе и может ждать. Американские войска и базы — на чужой территории, их логистика уязвима.

Три сценария будущего

Сценарий первый: дипломатический компромисс (низкая вероятность)
Стороны договариваются о поэтапном плане: Иран частично открывает пролив, США ослабляют блокаду в обмен на инспекции иранских ядерных объектов. Ядерная сделка откладывается, но остаётся на повестке. Для этого потребуется личное вмешательство и готовность Трампа и Хаменеи к трудным уступкам — пока признаков такой готовности нет.

Сценарий второй: эскалация без войны (средняя вероятность)
Цена на нефть растёт, но до критического уровня не доходит. Происходят отдельные инциденты: атака дронов на танкер, кибератака на портовую инфраструктуру, обмен ударами по пустынным объектам. Каждая сторона пробует границы другой, но до прямого полномасштабного конфликта дело не доходит. Переговоры периодически возобновляются и снова заходят в тупик.

Сценарий третий: полномасштабная война (низкая, но ненулевая вероятность)
Если одна из сторон переоценит свои силы — например, Иран атакует авианосец или США нанесут удар по ядерному объекту в Натанзе — ситуация может выйти из-под контроля. В этом случае последствия будут катастрофическими для всего региона: цены на нефть взлетят до $200 за баррель, Ливан, Йемен и Ирак превратятся в арену боёв, а израильско-иранская война станет полномасштабной.

Что говорит история?

Нынешнее противостояние удивительно напоминает череду кризисов 2019–2020 годов, когда после убийства генерала Сулеймани Иран отвечал ракетным ударом по американской базе в Ираке, и мир находился на грани войны. Тогда дипломатия сработала на пределе возможностей. Сейчас ставки выше — и говорят стороны, кажется, на разных языках.

Вместо заключения

Заявление Арагчи о том, что у США нет преимущества, — это не только (и не столько) факт, сколько сигнал внутренней аудитории: «Мы не отступаем». Аналогично слова Трампа призваны успокоить избирателей: «Мы не уступили».

Настоящая игра — в терпение. Иран надеется, что экономическое давление блокады ударит по США из-за высоких цен на топливо раньше, чем сломает иранскую экономику. США рассчитывают, что внутреннее недовольство в Иране из-за падения уровня жизни вынудит руководство пойти на уступки.

Кто окажется прав, покажет лето. Но одно можно сказать уже сейчас: в этой игре не будет победителей. Будет либо сделка, которую каждая сторона представит как победу, либо война, в которой проиграют все.