«Самая сложная операция в истории»: Пентагон рассматривает наземный штурм ядерных объектов Ирана с участием тысяч военных и «котиков»

Тысячи американских военных могут быть брошены на штурм ядерных объектов Ирана с целью захвата обогащенного урана. Как сообщила в субботу New York Post со ссылкой на источники, речь идет об операции, которую в Пентагоне уже называют потенциально «самой сложной в военной истории».

По словам источника, знакомого с обсуждением, план предусматривает отправку тысяч наземных военнослужащих для атаки на сильно укрепленные ядерные объекты, в то время как небольшой команде элитного спецназа будет поручено непосредственное изъятие материала.

Точное местонахождение иранского обогащенного урана — который может стать ключом к созданию ядерного оружия — остается неясным. У Тегерана есть четыре основных ядерных объекта: в Фордо, Натанзе, Исфахане и на горе Пикакс. Первые три подверглись американо-израильским ударам в прошлом году. Из расчетных 440 килограммов обогащенного урана около 200 килограммов, как полагают, хранятся в глубоких тоннелях под Исфаханом, дополнительные объемы, предположительно, находятся в Натанзе.

Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи в марте заявил, что иранские запасы высокообогащенного урана остаются погребенными «под завалами» объектов, пострадавших от американо-израильских ударов, добавив, что Тегеран в настоящее время «не планирует» извлекать или разбавлять их.

Что касается горы Пикакс — сильно укрепленного комплекса, вырубленного глубоко в гранитной скале, — он не пострадал в прошлогодних ударах, поскольку тогда еще строился и был в основном пуст. Однако с тех пор объект, по имеющимся сведениям, был усилен, и США с Израилем предполагают, что Иран мог переместить центрифуги — и, возможно, уран — еще глубже под землю, хотя комплекс, как считается, пока не полностью введен в эксплуатацию.

«Морские котики», саперы и воздушный коридор

По данным NYP, регулярные американские войска должны будут штурмовать объекты и формировать оборонительный периметр. Тем временем значительно меньшие силы, включая Silver Squadron из Seal Team 6, 2-й батальон рейнджеров и 21-ю роту боеприпасов, займутся обработкой и транспортировкой материала после его извлечения из в основном разрушенного завода в Фордо и сильно поврежденного объекта в Исфахане.

Операция, как сообщается, потребует от наземных групп разминирования ловушек и повторного вскрытия обрушенных входов в тоннели, а американская авиация должна будет установить полный контроль над воздушным коридором для эвакуации урана.

«Не хочется этого говорить, но, думаю, самый вероятный способ избавиться от иранского ядерного материала — по крайней мере того, что у них есть сейчас, — это военная операция, потому что переговоры движутся небыстро», — заявил NYP Джозеф Роджерс, заместитель директора Центра стратегических и международных исследований. Он назвал предполагаемый рейд потенциально «самой сложной операцией в военной истории», указав на логистику действий глубоко на враждебной территории при одновременной охране нескольких чувствительных объектов.

«Это была бы логистически тяжелая и трудная операция в contested-среде, — добавил Роджерс. — Иранская армия в значительной степени разрушена, но она всё еще более оснащена, чем кубинцы, охранявшие [венесуэльского лидера Николаса] Мадуро».

Уран, который не берут бомбы

The New York Times в прошлом месяце сообщила, что значительная часть иранского урана, как полагают, погребена настолько глубоко, что даже самые мощные американские противобункерные бомбы могут не суметь его уничтожить. Газета предупредила: рейд по изъятию несет серьезные риски, поскольку при контакте с влагой уран может стать высокотоксичным.

Таким образом, перед Пентагоном стоит головоломка: бомбить — уран останется под завалами и потенциально будет извлечен позже; штурмовать наземными силами — операция беспрецедентной сложности с огромными политическими и военными рисками. А дипломатический трек, как признают даже в Вашингтоне, пока буксует. В Тегеране, со своей стороны, хранят молчание о возможных сценариях, но сам факт утечки планов в прессу может быть элементом психологического давления — попыткой заставить Иран вернуться за стол переговоров с более сговорчивой позицией.

При подготовке статьи использовались материалы New York Post, The New York Times, заявления главы МИД Ирана Аббаса Арагчи, а также комментарии заместителя директора Центра стратегических и международных исследований Джозефа Роджерса.