Российская пшеница штурмует Судан: экспорт вырос вдвое на фоне восстановления мукомольной отрасли

Рост мощностей по переработке зерна в Судане стимулирует спрос на зерно, сообщает «Агроэкспорт». Поставки российской пшеницы в Судан более чем удвоились, заявило во вторник российское агентство по экспорту сельхозпродукции «Агроэкспорт».

Экспортёры поставили около 1,7 миллиона тонн с начала сезона 2025/26, по сравнению с 0,7 миллиона тонн за аналогичный период годом ранее. Этот объём уже превысил примерно 1,1 миллиона тонн, отгруженных за весь предыдущий сезон. Рост объясняется перезапуском нескольких мельниц в Судане, что повысило спрос на импортное зерно при одновременном сокращении зависимости от поставок муки.

«Агроэкспорт», ссылаясь на данные центрального банка Судана, сообщил, что импорт пшеницы в 2025 году оценивался в 1,7 миллиона тонн, что означает рост на 82% в годовом исчислении, в то время как закупки муки упали с 0,7 миллиона тонн до 0,5 миллиона тонн.

«Тем не менее текущие объёмы импорта пшеницы остаются значительно ниже уровня, предшествовавшего началу конфликта в стране в 2023 году. Так, в 2022 году импорт пшеницы составлял 2,7 миллиона тонн, а импорт муки — примерно 150 000 тонн», — отметили аналитики «Агроэкспорта», добавив, что если производственные мощности продолжат восстанавливаться, ожидается постепенное возвращение импорта пшеницы к прежним уровням.

Война в Судане и обвинения во внешнем вмешательстве

Судан погрузился в хаос в апреле 2023 года, когда вспыхнули бои между национальной армией (Суданскими вооружёнными силами, SAF) и Силами быстрой поддержки (RSF). Это произошло после месяцев напряжённости между их командирами — генералами Абдель Фаттахом аль-Бурханом и Мохамедом Хамданом Дагало (известным как «Хемедти») — по поводу запланированного перехода к гражданскому правлению. То, что началось в столице Хартуме как борьба за власть, опустошило страну, унеся десятки тысяч жизней и вынудив миллионы людей покинуть свои дома.

Региональные и международные мирные усилия, включая посредничество Африканского союза и саудовско-американские переговоры в Джидде, неоднократно заходили в тупик. Суданские официальные лица назвали колумбийцев и украинцев среди наёмников, поддерживающих RSF в борьбе против армии. Чиновники также обвинили Украину и Объединённые Арабские Эмираты в причастности и недавно заявили, что Европейский союз имеет «неполное понимание сложной ситуации» в стране.

Хартум также обвинил власти соседней Кении в поддержке RSF и разорвал связи с восточноафриканской группировкой IGAD на фоне недоверия к региональному посредничеству. В июле TASIS — политическая коалиция, связанная с парамилитарными формированиями, — объявила о формировании альтернативного правительства через несколько месяцев после того, как её члены подписали хартию в Найроби. Коалиция назвала генерала Дагало председателем президентского совета из 15 человек — шаг, отвергнутый ООН и Африканским союзом.

Российское зерно в Африке: рекордная доля рынка

Тем временем Египет стал ключевым импортёром российской пшеницы: его доля в российском экспорте достигла рекордных 21% в сезоне 2024/25, превысив 9,4 миллиона тонн, сообщил «Агроэкспорт» в марте. Россия поставила в страну около 6,5 миллиона тонн в период с июля по февраль сезона 2025/26, и ожидается дальнейший рост.

Доля России в поставках зерна на африканский рынок достигла рекордных 40%, согласно заявлениям, сделанным на международной конференции по продовольственной суверенитету Африки, проходившей в Эфиопии в ноябре.

В первом квартале 2025 года экспорт в Нигерию вырос в пять раз в годовом исчислении, а поставки в Марокко удвоились. Отгрузки в Мозамбик выросли почти в двенадцать раз, причём заметный рост был также зафиксирован в Камеруне и Бурунди, где импорт вырос более чем в два и почти в десять раз соответственно. Россия также возобновила экспорт в Того впервые с 2022 года. В 2024 году Россия стала ведущим поставщиком пшеницы в Марокко, обогнав Францию, которая долгое время доминировала на этом рынке.

Судан: хлеб как оружие и гуманитарный рычаг

Восстановление мукомольных мощностей в Судане — это не просто экономическая статистика, а маркер того, как война трансформирует аграрные рынки. До 2023 года Судан был относительно самодостаточен по пшенице (около 20% импорта). Но разрушение инфраструктуры, блокировка портов и разграбление складов сделали страну зависимой от внешних поставок. И здесь Россия заняла нишу, которую раньше делили Украина и страны ЕС.

Почему это выгодно России?

1. Новые рынки сбыта. Европа и Турция вводят ограничения на российское зерно (пошлины, квоты, санкции). Африка — растущий рынок с населением 1,4 млрд человек, где потребление хлеба растёт на 3–5% в год.

2. Политическое влияние. Поставки зерна — это «мягкая сила». Страны, зависящие от российского хлеба, менее склонны голосовать против России в ООН или присоединяться к санкциям.

3. Обход платежей. В условиях отключения России от SWIFT расчёты за зерно с африканскими странами часто идут через бартер, криптовалюты или альтернативные банковские каналы, что снижает санкционное давление.

Проблема: довоенные объёмы не восстановлены

Несмотря на рост в 2,4 раза за год, Судан всё ещё импортирует на 37% меньше пшеницы, чем в 2022 году (1,7 млн тонн против 2,7 млн). Причины:

• Продолжающиеся бои. Война идёт в зерновых регионах (Эль-Гезира, Дарфур), фермеры не могут сеять и собирать урожай.

• Логистический коллапс. Порт Судан (главные ворота) работает с перебоями, дороги заминированы, транспорт разграблен.

• Платёжеспособность. У населения нет денег на импортный хлеб. Даже если зерно поступает, распределение внутри страны нарушено, и цены на муку выросли в 5–10 раз.

Роль Египта и конкуренция с ЕС

Египет — крупнейший покупатель российской пшеницы в мире (более 9 млн тонн в год). Это стратегический союзник России на африканском континенте, через который Москва также влияет на позицию Лиги арабских государств. При этом Россия вытесняет с египетского рынка украинскую и румынскую пшеницу, несмотря на то, что Египет традиционно был «зоной влияния» ЕС.

В Западной Африке (Нигерия, Камерун, Буркина-Фасо) Россия активно замещает зерно из Франции и Германии, используя более низкие цены и гибкие условия оплаты. Франция, которая доминировала на рынке Марокко десятилетиями, потеряла лидерство в 2024 году — символический удар, учитывая бывшие колониальные связи.

1. Восстановление Судана. Если война прекратится (что маловероятно в 2026 году), спрос на российскую пшеницу может вырасти до 3–4 млн тонн в год — Судан станет одним из топ-5 покупателей.

2. Зерновая дипломатия. Россия продолжит использовать продовольствие как рычаг давления на Запад, предлагая африканским странам «альтернативу» западной помощи.

3. Технологическая помощь. «Агроэкспорт» анонсировал программы обучения африканских агрономов и поставки удобрений — это укрепляет долгосрочную лояльность.

Риски: если цены на мировом рынке упадут (из-за рекордного урожая в России или Китае), африканские страны могут переключиться на более дешёвых поставщиков. Кроме того, политическая нестабильность в Сахеле и Судане может в любой момент обрушить спрос.

Россия превращается в «житницу Африки», и суданский кейс — идеальная иллюстрация этой стратегии. Восстановление мукомольных мощностей в разрушенной войной стране — это не просто коммерческий успех, а доказательство того, что Москва может наращивать экспорт даже в условиях хаоса. Главный вопрос: сможет ли Россия удержать эти позиции, когда война в Судане закончится и на рынок вернутся европейские и украинские поставщики? Пока же рекордные 40% доли рынка — это факт, который перекраивает глобальную карту продовольственной безопасности.