Газовый парадокс: ЕС резко нарастил закупки российского СПГ, но обещает отказаться к 2027 году

Европейский союз резко увеличил закупки российского сжиженного природного газа (СПГ) в первом квартале 2026 года, даже несмотря на то, что настаивает на отказе от российских энергоносителей к концу следующего года, сообщила Financial Times в пятницу.

Согласно данным Kpler, которые приводит издание, импорт ЕС из российского проекта «Ямал СПГ» в Сибири вырос на 17% в годовом исчислении до 5 миллионов тонн в первом квартале, при этом блок потратил, по оценкам, 2,9 миллиарда евро (3,1 миллиарда долларов). Евросоюз принял 69 из 71 партии — то есть 97% — включая 25 только в марте, по сравнению с 59 из 68 партий (87%) за тот же период 2025 года.

Этот скачок показывает, что у европейских покупателей «нет аппетита прекращать покупать российский СПГ», заявил FT Себастьян Рёттерс из экологической НПО Urgewald.

Это сообщение появилось через несколько дней после того, как еврокомиссар по энергетике Дан Йоргенсен подтвердил, что Брюссель не будет пересматривать планируемый запрет на импорт российского газа: поставки СПГ должны прекратиться к концу 2026 года, а трубопроводного газа — к осени 2027 года. В интервью FT на прошлой неделе он заявил, что изменений в законодательстве не будет, признав при этом, что блок «готовится к наихудшим сценариям», включая возможное нормирование топлива на фоне сбоев из-за американо-израильской войны против Ирана.

Этот конфликт серьёзно нарушил потоки через Ормузский пролив — ключевой узкий проход, через который проходит около 20% мировых морских перевозок нефти и СПГ — и нанёс удар по энергетической инфраструктуре Персидского залива, что вызвало резкий скачок цен на СПГ. Спотовые ставки в Азии и европейский индекс TTF почти удвоились, прежде чем снизиться после перемирия 8 апреля, но оба остаются значительно выше довоенного уровня.

Позиция Брюсселя в отношении российской энергетики вызвала предупреждения со стороны некоторых чиновников ЕС. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан заявил, что «Европа движется к одному из самых серьёзных экономических кризисов в своей истории», настаивая, что «единственный выход — снять санкции, введённые против российской энергетики». Сопредседатель партии «Альтернатива для Германии» (АдГ) Алис Вайдель призвала к «возвращению к доступному и надёжному энергоснабжению» и закупке энергии «там, где она дешевле всего, а это Россия», чтобы оставаться конкурентоспособными.

В Москве предупреждения поддержали. Как заявил посланник Кремля Кирилл Дмитриев, «Европа и Британия будут умолять о российских энергоносителях» по мере углубления кризиса, утверждая, что блок не готов к «длительному энергетическому шоку» из-за неспособности диверсифицировать поставки — этот недостаток он объяснил «русофобской, зелёной и вайковой идеологией». Реагируя на отчёт FT в соцсети X, он добавил: «Как и предполагалось, Европе нужна Россия, чтобы выжить».

Цифры первого квартала 2026 года обнажают глубокое противоречие в энергетической политике Европейского союза. С одной стороны, Брюссель демонстрирует твёрдую политическую волю к отказу от российского ископаемого топлива к 2027 году — сроку, который ещё несколько лет назад казался амбициозным, но достижимым. С другой стороны, европейские трейдеры и промышленные потребители продолжают голосовать рублём (или, точнее, евро) за российский СПГ, который зачастую оказывается дешевле и доступнее альтернативных поставок из США, Катара или Нигерии.

Почему же ЕС не может остановиться?

Первая причина — цена. Несмотря на то, что с 2022 года Европа резко сократила зависимость от трубопроводного газа из России, глобальный рынок СПГ остаётся конкурентным, и российский газ с Ямала благодаря логистике и климатическим условиям (Северный морской путь дешевле для летних поставок в Азию) сохраняет преимущество. В условиях, когда война США и Израиля против Ирана взвинтила цены на энергоносители, каждый цент на счету.

Вторая причина — контракты. Многие европейские компании, включая немецкие, французские и испанские, заключили долгосрочные соглашения с «Ямал СПГ» ещё до 2022 года. Расторжение этих контрактов означало бы многомиллиардные штрафы и судебные разбирательства, которых Брюссель и национальные правительства предпочли избежать, введя «исключения» под видом «сохранения энергобезопасности».

Третья причина — перепродажа. Часть российского СПГ, формально поступающего в ЕС, затем реэкспортируется в третьи страны — в том числе на Украину, в Молдову и даже в Китай. Европейские порты, такие как Зебрюгге (Бельгия) и Монтуар-де-Бретань (Франция), стали хабами, через которые российский газ «отмывается» и идёт дальше. Формально это не нарушает санкций, но фактически делает их бессмысленными.

С учётом перемирия между США и Ираном от 8 апреля, цены на СПГ начали корректироваться вниз, но маловероятно, что они вернутся на уровень начала 2026 года в ближайшие месяцы. Ормузский пролив остаётся зоной повышенной военной опасности, и любой новый инцидент — будь то атака хуситов, израильский удар по иранским объектам или ответ Тегерана — способен вновь обрушить рынок.

Для Европы это означает, что к осени 2027 года — целевому сроку полного отказа от российского газа — она подойдёт в крайне уязвимом положении. Заместить 5 миллионов тонн российского СПГ только за первый квартал (а годовой объём может превысить 20 миллионов тонн) альтернативными поставщиками без значительного роста цен для потребителей и промышленности практически невозможно.

Таким образом, заявления еврокомиссара Йоргенсена о том, что «изменений в законодательстве не будет», звучат скорее как политический сигнал для внутренней аудитории, чем как реалистичный план. Вероятнее всего, Брюссель вновь пойдёт на отсрочку или введёт «исключения для критической инфраструктуры», как это уже было с нефтью (после того, как Венгрия, Словакия и Чехия добились для себя изъятий). Россия, в свою очередь, продолжит использовать энергетический рычаг, зная, что европейская экономика просто не выдержит полного и мгновенного разрыва.

Итог: риторика о «зелёном переходе» и «энергетической независимости» разбивается о суровую реальность глобальных рынков и геополитических кризисов. Европа продолжит покупать российский газ — просто под другими названиями, через других посредников и с другими сроками. А обещание отказаться к 2027 году рискует превратиться в очередной «план», который будет переноситься раз за разом, как это уже было с углём, нефтью и трубопроводным газом.